Записи с меткой «А.Карив»
Тысячи израильтян принесли цветы на место гибели Ицхака Рабина. 1995 год
АРКАН КАРИВ
Я жил в Иерусалиме. Вечером 4 ноября 1995 года мы с женой смотрели кино по телевизору. Я хорошо запомнил название: «Убийство из прошлого». Антон Носик, двое суток просидевший перед компьютером за «Принцем», пока не дошел до последнего уровня и не поцеловал принцессу, отсыпался у меня в кабинете. Когда фильм закончился, я переключил на Первый и попал на экстренный выпуск новостей. Только что на площади Малькей Исраэль в Тель-Авиве, после праздничного митинга в защиту мира, неизвестный стрелял в премьер-министра Ицхака Рабина. Он ранен, и, по всей видимости, тяжело. Я бросился будить Носика:
— Нос, проснись, в Рабина стреляли! Он ранен!
— Ху…я, выживет, — пробормотал Носик сквозь сон и повернулся на другой бок.
Через час стало известно, что не выжил. Я окончательно разбудил друга, и мы поехали к резиденции премьера, вокруг которой, движимые гражданским долгом, уже собирались люди. Мною и Носиком, признаться, двигал только журналистский долг — мы оба работали в газете «Вести».
На следующий день, за утренним кофе, я сказал: «Представляю себе, какое веселье и стебалово стоит сейчас у нас в редакции!» Так оно и было — я расспросил коллег.
В нашей газете, кроме перекатанных из ивритской прессы новостей и аналитики вокруг убийства, появлялись и собственные материалы. В них не было ни новостей, ни аналитики. Своим гражданским долгом авторы считали заклеймить атмосферу всеобщей настороженности, возникшей после убийства. Будучи интеллигентами, они цитировали Мандельштама: «Мы живем, под собою не чуя страны».
На пороге XXI века кнессет государства Израиль сотрясали средневековые выкрики: ветхозаветные призывы депутатов истерично требовали санкций против Ливана. 18 лет прошло со времени операции «Мир Галилее», на юге Ливана еще находилась 30-тысячная группировка ЦАХАЛа, но это не мешало ливанским «катюшам» обстреливать северные территории Израиля. Слушая запальчивую речь министра Леви, Эзер Вейцман, на тот момент еще занимавший должность президента Израиля, заметил, что было бы неплохо успокоиться и приглушить звук этой Ливанской сарабанды.
Один из самых скандальных президентов Израиля Эзер Вейцман любил в жизни три вещи: женщин, виски и солдатский юмор. До прихода в политику Вейцман долго охранял небо Израиля и был ярым сторонник силового решения арабского вопроса. Не удивительно: из кабины самолета война больше похожа на компьютерную игру и не так ужасна. Но, стоя у постели своего раненого сына, Эзер вдруг прозрел и со временем из политического «ястреба» превратился в «голубя» или «ястреба мира», как он сам себя называл. В отличие от своего дяди-президента Эзер Вейцман расширил полномочия главы правительства, активно вмешиваясь в дела государства и продвигая политику мирного урегулирования. Крен влево не нравился его политическим коллегам. Вейцман приобрел себе многих врагов из-за острого языка и привычки отпускать обидные колкости. О некоторых из них мы и расскажем.
Совесть и политика — взаимоисключающие понятия. Груз ответственности за неправильные приказы, роковые решения, экономические катастрофы и человеческие жертвы под силу вынести не каждому правителю. Либо становишься «железным феликсом», либо не выдерживаешь. Что чувствовал Борис Ельцин, произнося: «Я ухожу»? Усталость или вину? Какие демоны терзали душу Голды Меир и Менахема Бегина? Догадки есть, но причин, по которым эти политики ушли в отставку, может быть гораздо больше. Если политику удается сохранить в себе хоть несколько граммов совести, рано или поздно ему придется сказать во всеуслышание: «Я больше не могу», — и скрыться за кулисами.
Оказывается, умирать можно не просто так, а со смыслом и даже с удовольствием. Ради Родины, идеи, партии, ради внуков и их светлого будущего. Но вот странное дело, эти самые внуки вдруг начинают потешаться над прадедами и дедами, над их самоотверженностью и героизмом. Ужас? Хм. Может быть, внукам просто хочется не умирать, а жить со смыслом и удовольствием?
Эйфория от успехов мирного процесса, начатого в Осло в 1993 году, охватила не только министра иностранных дел Израиля Шимона Переса, но и палестинцев: все вдруг решили, что войне конец и новый мир не за горами. Обиды забыты, теперь все будет иначе, все будет хорошо. Но что-то пошло не так, совсем не так… Мечта о братском Ближнем востоке, не воюющем, но торгующем, прожила совсем недолго — всего четыре года.
В конце романа «Война и мир» есть эпизод, когда Кутузов перед строем русских солдат-победителей употребляет залихватское нецензурное выражение, что-то вроде «Мы их сделали!» Солдаты в ответ одобрительно гудят. Спустя полтора с лишним века бригадный генерал Хаим Бар-Лев решает применить старый кутузовский метод: крепкое словцо для поднятия боевого духа. Сработало. Причем не только у военных, но и у гражданского населения Израиля.
В детстве мы учились считать на палочках — это простой и действенный метод обучения. Потом мы выросли и стали использовать более сложные приборы: логарифмические линейки, калькуляторы и компьютеры. Но некоторые из нас остались верны старому недоброму и, главное, эффективному палочному методу. Обычно эти люди работают в силовых структурах и ради палочки в отчете готовы применять решительные методы в работе с подозреваемыми. Такая получается палка о двух концах: на одной стороне — инквизиция, а на другой — права человека. Но ведь мы уже давно не дети — зачем нам палки?
«Нет посланца в деле греха», — гласит Талмуд. Гонец, принесший дурную весть, не виноват, но солдат, выполнивший аморальный с точки зрения еврейского права приказ, несет личную ответственность за совершенное зло. Нужно следовать предписаниям Б-га, а не безнравственным приказам людей, особенно если тебя заставляют стрелять в безоружных граждан собственной страны.
«В Кемп-Дэвиде мы основали Палестинское государство»
Любой путь начинается с одного маленького шага, незначительной уступки или второстепенной сноски в договоре. Порой думаешь: да ерунда это, так уж и быть, по мелочи прогнусь, меня не убудет, но не успеваешь обернуться, как лисичка вместе со своим хвостом оказалась в твоей лубяной избушке, а из формальной автономии возникло суверенное государство.